Неточные совпадения
Бывало, льстивый голос света
В нем злую храбрость выхвалял:
Он, правда, в туз из
пистолетаВ пяти саженях
попадал,
И то сказать, что и в сраженье
Раз в настоящем упоенье
Он отличился, смело в грязь
С коня калмыцкого свалясь,
Как зюзя пьяный, и французам
Достался в плен: драгой залог!
Новейший Регул, чести бог,
Готовый вновь предаться узам,
Чтоб каждым утром у Вери
В долг осушать бутылки три.
Если ему на ярмарке посчастливилось
напасть на простака и обыграть его, он накупал кучу всего, что прежде попадалось ему на глаза в лавках: хомутов, курительных свечек, платков для няньки, жеребца, изюму, серебряный рукомойник, голландского холста, крупичатой муки, табаку,
пистолетов, селедок, картин, точильный инструмент, горшков, сапогов, фаянсовую посуду — насколько хватало денег.
Вдруг что-то шумно
упало в воду: я хвать за пояс —
пистолета нет.
— Послушайте, — сказал я, — или застрелитесь, или повесьте
пистолет на прежнее место и пойдемте
спать.
— О, — заметил я, — в таком случае бьюсь об заклад, что ваше сиятельство не
попадете в карту и в двадцати шагах:
пистолет требует ежедневного упражнения.
А главное, кто ж теперь не в аффекте, вы, я — все в аффекте, и сколько примеров: сидит человек, поет романс, вдруг ему что-нибудь не понравилось, взял
пистолет и убил кого
попало, а затем ему все прощают.
— Страшно так и храбро, особенно коли молодые офицерики с
пистолетами в руках один против другого
палят за которую-нибудь. Просто картинка. Ах, кабы девиц пускали смотреть, я ужасно как хотела бы посмотреть.
Под влиянием этого же временного отсутствия мысли — рассеянности почти — крестьянский парень лет семнадцати, осматривая лезвие только что отточенного топора подле лавки, на которой лицом вниз
спит его старик отец, вдруг размахивается топором и с тупым любопытством смотрит, как сочится под лавку кровь из разрубленной шеи; под влиянием этого же отсутствия мысли и инстинктивного любопытства человек находит какое-то наслаждение остановиться на самом краю обрыва и думать: а что, если туда броситься? или приставить ко лбу заряженный
пистолет и думать: а что, ежели пожать гашетку? или смотреть на какое-нибудь очень важное лицо, к которому все общество чувствует подобострастное уважение, и думать: а что, ежели подойти к нему, взять его за нос и сказать: «А ну-ка, любезный, пойдем»?
— Ну, так, значит, и не умеете, потому что тут нужна практика! Слушайте же и заучите: во-первых, купите хорошего пистолетного пороху, не мокрого (говорят, надо не мокрого, а очень сухого), какого-то мелкого, вы уже такого спросите, а не такого, которым из пушек
палят. Пулю, говорят, сами как-то отливают. У вас
пистолеты есть?
Но, кроме того, злоязычников воздерживало и то, что он мог постоять за себя и без церемонии объявлял, что в двадцати шагах
попадает из
пистолета в туза.
Кто-нибудь выдумывал смешную глупость, например: «Когда я был маленьким, я
спал в папашиной галоше», или: «Ваше превосходительство, юнкер
Пистолетов носом застрелился», или еще: «Решительно все равно: что призма и что клизма — это все из одной мифологии» и т. д.
«Он умер!» — было первою мыслью Андрея Павловича, но, подбежав к полулежавшему в кресле Зарудину и схватив его за руку, услыхал учащенное биение пульса. Его друг оказался лишь в глубоком обмороке. Испуганный раздавшимися шагами и напором в дверь, несчастный поспешил спустить курок, но рука дрогнула, дуло
пистолета соскользнуло от виска и пуля, поранив верхние покровы головы и
опалив волосы, ударила в угол, в стоявшую статую.
Это доверие, эта близость, эта беззащитность и, в конце концов, именно эта легкость исполнения затрудняли дело, парализовали злую волю — рука, уже державшая заряженный
пистолет, сама собою разжималась и бессильно
падала.
Особенно рельефно восстала в его памяти картина убийства графа Милорадовича, одного из героев войны 1812 года. Заговорщик Каховский выстрелил в генерала в упор из
пистолета, а другой заговорщик ударил его штыком в спину. Граф, смертельно раненный,
упал на руки своего адъютанта.
Но в это мгновение из двери вырвалась моя глухонемая падчерица Вера и, заслонив грудь мою своею головой, издала столь страшный и непонятный звук, что отец ее выронил из рук
пистолет и,
упав предо мною на колени, начал просить меня о прощении.
— Гирей-хану верить можно, его весь род — люди хорошие; его отец верный кунак был. Только слушай дядю, я тебя худу не научу: вели ему клятву взять, тогда верно будет; а поедешь с ним, всё
пистолет наготове держи. Пуще всего, как лошадей делить станешь. Раз меня так-то убил было один чеченец: я с него просил по десяти монетов за лошадь. Верить — верь, а без ружья
спать не ложись.
Его взгляд
упал на один из висевших над диваном в кабинете, среди разного оружия,
пистолетов. Это был его любимый
пистолет, подарок дяди Дмитревского. Виктор Павлович всегда держал его заряженным.
Когда Муаррона узнали, Лагранж схватывает со стола
пистолет, Мольер бьет Лагранжа по руке, Лагранж стреляет и
попадает в потолок.
Он
спал так же, как и Хаджи-Мурат: одетый, с
пистолетом за поясом и кинжалом.
Он собрал последние силы, поднялся из-за завала и выстрелил из
пистолета в подбегавшего человека и
попал в него.
Увидав Хаджи-Мурата и выхватив из-за пояса
пистолет, он направил его на Хаджи-Мурата. Но не успел Арслан-Хан выстрелить, как Хаджи-Мурат, несмотря на свою хромоту, как кошка, быстро бросился с крыльца к Арслан-Хану. Арслан-Хан выстрелил и не
попал. Хаджи-Мурат же, подбежав к нему, одной рукой схватил его лошадь за повод, другой выхватил кинжал и что-то по-татарски крикнул.
Но горцы прежде казаков взялись за оружие и били казаков из
пистолетов и рубили их шашками. Назаров висел на шее носившей его вокруг товарищей испуганной лошади. Под Игнатовым
упала лошадь, придавив ему ногу. Двое горцев, выхватив шашки, не слезая, полосовали его по голове и рукам. Петраков бросился было к товарищу, но тут же два выстрела, один в спину, другой в бок, сожгли его, и он, как мешок, кувырнулся с лошади.
Я знал образ его жизни, я изучил его ранее. Я выждал, когда его лакей вышел из квартиры, посланный зачем-то графом, вошел на крыльцо и позвонил. Мне открыл сам граф, одетый в утреннем роскошном шлафроке. Я выхватил
пистолет и в упор выстрелил ему в голову. Он
упал, не вскрикнув, с разбитым черепом. По счастью, на дворе никто не слышал выстрела. Я вышел и свободно ушел со двора.
В разгаре завязавшегося дела на него наскочил конфедератский офицер, выстрелил из двух
пистолетов, но мимо и бросился с саблей. Суворов отпарировал удар, но противник продолжал настойчиво
нападать, пока не подоспел случайно один карабинер и не выручил своего начальника, положив конфедерата выстрелом в голову.
В статье «Жизнь в городе» Толстой рассказывает историю одной больной прачки. Она задолжала в ночлежной квартире шестьдесят копеек; по жалобе хозяйки, городовой «с саблей и
пистолетом на красном шнурке» выселил ее из квартиры. Весь день прачка просидела около церкви, а вечером воротилась к дому,
упала и умерла. Толстой пошел на ее квартиру.
В этой пиесе есть маленькая роль генерала, бывшего некогда обольстителем Эйлалии; он встречается нечаянно с Мейнау и его женой, Эйлалия
падает в обморок, а муж вызывает генерала на дуэль и убивает его из
пистолета.
Боясь, чтобы пуля как-нибудь невзначай не
попала в фон Корена, он поднимал
пистолет все выше и выше и чувствовал, что это слишком показное великодушие неделикатно и невеликодушно, но иначе не умел и не мог.
Юрий
спал на мягком ковре в своей палатке; походная лампада догорала в углу и по временам неверный блеск пробегал по полосатым стенам шатра, освещая серебряную отделку
пистолетов и сабель, отбитых у врага и живописно развешанных над ложем юноши...
Я разрядил свои
пистолеты не даром, пули, вылетевшие из них,
попали метко в неприятелей, и не мудрено, я стрелял в упор.
Прицелился,
попал и еще сам себе сказал: браво! — тоном такого восхищения, каким ей, христианке, естественно бы: «Смертельно раненный, в крови, а простил врагу!» Отшвырнул
пистолет, протянул руку, — этим, со всеми нами, явно возвращая Пушкина в его родную Африку мести и страсти и не подозревая, какой урок — если не мести, так страсти — на всю жизнь дает четырехлетней, еле грамотной мне.
По ночам не
спала от девичьей тоски и била туфлей комаров на стенах, как будто стреляя из
пистолета.
Федя. Сейчас. (Вынимает
пистолет и стреляет себе в сердце.
Падает. Все бросаются к нему.) Ничего, кажется, хорошо. Лизу…
Барин стреляет из
пистолета, Гаврило
падает.
Я был поистине прелестный ребенок в пятнадцать лет; я бился на рапирах, как знаменитый Севербрик, был первым волтижером между товарищами и, зажмурясь, стрелял из
пистолета в подброшенное в воздух куриное яйцо и
попадал в него пулею.
Доктора как это увидали, так все трое с кресел на пол и
упали. А генерал выхватил
пистолет и одному и другому помощникам груди прострелил, а старшего доктора выступкой подкинул и начал трепать его со щеки на щеку, а после, как уморился, — говорит: «Иди теперь, жалуйся».
Он был только более обыкновенного красен и, задрав свою мохнатую голову кверху, как птицы, когда они пьют, безжалостно вдавив своими маленькими ногами шпоры в бока доброго Бедуина, он, будто
падая назад, поскакал к другому флангу эскадрона и хриплым голосом закричал, чтоб осмотрели
пистолеты.
Один раз француз, которого брал Тихон, выстрелил в него из
пистолета и
попал ему в мякоть спины. Рана эта, от которой Тихон лечился только водкой, внутренно и наружно, была предметом самых веселых шуток во всем отряде, и шуток, которым охотно поддавался Тихон.
— На абордаж!!!.. — закричал пьяный, нажимая спуск
пистолета. Французский офицер обернулся на крик, и в то же мгновенье Пьер бросился на пьяного. В то время как Пьер схватил и приподнял
пистолет, Макар Алексеич
попал наконец пальцем на спуск, и раздался оглушивший и обдавший всех пороховым дымом выстрел. Француз побледнел и бросился назад к двери.